- Ник! – выдохнула Кэтлин то ли с облегчением, то ли с испугом. – Ты чего здесь делаешь? Ты же… должен быть в изоляторе!
Проверять действие катушки на Никите Кэтлин не хотелось. Хотя она понимала, что он наверняка заражён, ведь на его маске была слизь, он терял сознание, дрался с Кларком и говорил про пузыри, принять это вот прямо сейчас, глядя в его вечно весёлые глаза, Кэт оказалась не готова.
- Кому должен? Никому я ничего не должен, а кто должен мне, того прощаю, - Лобанов расплылся в своей привычной шутовской улыбочке.
Холт не спешил опускать оружие.
- Почему ты не в изоляторе? – спросил он.
- Как докажешь, что ты человек? - прозвучал второй вопрос.
- Эй, не все сразу! – улыбка медленно сползла с лобановского лица. – Как сам докажешь, что ты человек? – Лобанов едва ли не обиженно зыркнул в сторону спросившего. – Из изолятора я сбежал. Там все с ума посходили.
- И сколько там… посходивших с ума? – спросил один из солдат.
Лобанов применил нецензурное выражение, означавшее «очень много». А потом добавил:
- Весь персонал изолятора. Ребят, что происходит, а? – спросил он, как будто лично у Кэт. - Что мы приволокли с той планеты?
Кэт в ожидании посмотрела на Кларка, мысленно присоединяясь к вопросу, как понять, заражён человек или нет. Никите отвечать она не спешила. Пусть отвечает старший по званию. А она… просто не знала, что ответить.